Византийская держава. История и культура государства ромеев
ВИЗАНТИЙСКАЯ ДЕРЖАВА
История. Религия. Философия. Литература
 

ВИЗАНТИЙСКАЯ ДЕРЖАВА » Общеисторический форум » Древняя история » Бьюри II [Страниц (8): [1] 2 3 4 » последняя страница ]

| Новая тема | Ответить | | Поиск в теме |
| Версия для печати |
Вячеслав Николаевич


Анфипат
Откуда: Пермь, Россия
ICQ

§ 5. Церковное устройство
Религия и авторитет ее служителей во всех античных монархиях представляли собой значительную политическую и социальную силу, но христианская церковь в Римской империи заняла положение, в истории еще небывалое, с каким ни один правитель доселе не сталкивался, и опыт прошлого не предлагал ключа для решения нового уравнения власти. История Империи потекла бы по совершенно иному руслу, если б церковь оставалась независимой от государства, как это было до Константина, и если бы этот император и его наследники ограничились только моральной поддержкой церкви силой своего примера, обеспечив ей те же свободы и привилегии, которыми пользовались языческие культы и их жрецы. Но ереси, расколы, религиозная нетерпимость, с одной стороны, а с другой – инстинктивное деспотическое стремление подчинить себе все социальные силы, привели к тесному союзу между государством и церковью, который изменил характер и дух государства, обозначив, вероятно, самое резкое отличие между ранней и поздней Империями. Церковные раздоры, вызванные яростными разногласиями по доктринальным вопросам, требовали вмешательства авторитета государства, и соперничающие секты были очень заинтересованы в том, чтобы заручиться содействием правительства в подавлении оппонентов. В итоге император получил возможность суммировать решения церковных Соборов и председательствовать на них, однако после первых же попыток Константину пришлось отказаться от намерения решать вопросы доктрины по собственному усмотрению. Созванный Константином Собор в Арле (314 г. н. э.) и Никейский Вселенский Собор продемонстрировали, что император претендует на роль главы церкви. Но в этом качестве ему не находилось места в церковной иерархии, поскольку он не воспринял титула или должности, которые соответствовали бы прежнему званию Великого Понтифика. Исторические обстоятельства определили для запада и востока различные пути, по которым шло становления союза церкви и государства. На западе этот процесс привел к независимость и едва ли не превосходству церкви; на востоке она была удержана в подчинении главе государства, и, в конце концов, сделалась чем-то вроде ведомства в государственном аппарате. Уже в четвертом веке римский епископ имел более независимое положение, чем епископ Константинополя.
к началу рассматриваемого нами периода церковная организация в основном уже сложилась. Семь ступеней иерархии занимали епископы, священники, диаконы, иподиаконы, причетники, экзорцисты (?) и чтецы. В общих чертах церковное устройство соответствовало структуре гражданской службы. В каждом городе был свой епископ. Каждая провинция имела митрополита, то есть епископа, проживающего в столице провинции. Над провинциальными митрополитами стоял экзарх с полномочиями, аналогичными гражданской юрисдикции правителя диоцеза. Ежегодно в каждой провинции созывался епископский синод.


(Отредактировано автором: 01 Декабря, 2009 - 18:50:07)


Отредактировано куратором: христич, 26 Января, 2010 - 00:02:42

-----
Пожалуйста, заплатите налоги! Сomes sacrarum largitionum.

Всего записей: 294 : Дата рег-ции: Март 2008 : Отправлено: 30 Ноября, 2009 - 19:52:14
Вячеслав Николаевич


Анфипат
Откуда: Пермь, Россия
ICQ

Однако четыре епископа имели превосходство над всеми прочими – те, чьи кафедры находились в Риме, Константинополе, Александрии и Антиохии. Из них Римская признавалась первенствующей, за второе же место велось соперничество. Кроме того, на особые преимущества претендовала Иерусалимская епископия, располагающаяся в местах, где зародилось христианство. В середине пятого века вопросы первенства для главных кафедр были решены, утвердились и границы территорий, на которых осуществлялась их церковная юрисдикция. Их епископы стали называться патриархами, хоть епископ Рима и не принял этот титул. Церковная карта показывает пять главенствующих юрисдикций, или патриархий. Авторитет Рима распространялся на всю западную, или латинскую, половину Империи, включая преторскую префектуру Иллирик. Константинопольская патриархия полностью включала в себя гражданские диоцезы Фракия, Понт и Азия. Александрийская патриархия, третья по значению, соответствовала диоцезу Египет. Антиохийская патриархия состояла из большей части диоцеза Восток, маленькая Иерусалимская патриархия – из трех палестинских провинций. Существовала также независимая – автокефальная – Кипрская церковь.
Установившееся среди епископов неравенство привело к революционным переменам в самом характере церкви. В течение трех столетий организация христиан оставалась демократической, но ее союз с монархическим государством изменил существовавшее положение. Воспринятая церковью централизованная иерархическая структура предоставила императорам возможность подчинить ее своему контролю, что было бы невозможно, если бы она сохраняла старые демократические формы.
Константин и его наследники знали, как привязать к себе влиятельную организацию, и сумели подчинить себе ее руководство. Клиру и храмам были дарованы важные привилегии. Сверх того клирики, как в свое время и языческие жрецы, были освобождены от налогов – эта льгота многих подтолкнула к принятию сана. Церкви имели неограниченное право получать имущество по завещаниям, а также наследовали от языческих храмов привилегию предоставления убежища. Епископы получили право выступать судьями в гражданских делах, которые стороны по обоюдному согласию передавали на их рассмотрение; решение епископов не подлежало обжалованию. Государственная политика заключалась в использовании авторитета церковных иерархов, входивших в систему местных администраций, а поскольку старые обычаи жизни городских общин уходили в прошлое, то влияние епископов возрастало. Епископ разделял с defensor civitatis обязанность защищать бедняков от притеснений, бороться с вымогательством правительственных чиновников. Он обладал возможностью довести случаи злоупотреблений до ушей самого императора. В итоге епископ просто не мог не стать самой влиятельной персоной в городской администрации.
Первый век христианства в качестве государственной религии был отмечен развитием церковного права. Каноны Никейского Собора сформировали законодательное ядро, дополнявшееся решениями последующих соборов. Первая попытка кодификации канонического права была предпринята в начале пятого столетия. Законодательные решения соборов, конечно, были действительны только для самой церкви, но с течением времени у императоров все чаще входило в привычку использовать церковные каноны в собственных конституциях, тем самым превращая их в часть законов государства. Тем не менее, нужно отметить, что до седьмого века каноническое право или вообще не оказывало влияния на римское гражданское право, либо это влияние оставалось скромным.


-----
Пожалуйста, заплатите налоги! Сomes sacrarum largitionum.

Всего записей: 294 : Дата рег-ции: Март 2008 : Отправлено: 02 Декабря, 2009 - 18:54:01
Вячеслав Николаевич


Анфипат
Откуда: Пермь, Россия
ICQ

Глава III. Константинополь
§ 1. Местоположение, стены и гавани

Тысячелетняя история подтвердила мудрость Константина, выбравшего Византий для устройства новой столицы. Ее местоположение должно было привнести в юго-восточную Европу и Азию ощущение грозной близости императорской власти, позволяя с одинаковой быстротой дотягиваться как до Дуная, так и до Евфрата. Пролив на стыке Азии и Европы самым очевидным образом претендовал на роль такого центра. Одних лишь уникальных торговых преимуществ было достаточно, чтобы принять решение в его пользу. Это было место, где сама природа сводила воедино торговые пути из Понта Евксинского, Эгейского моря и северной Европы. Когда император остановил свой выбор на области, представлявшей собой как бы двустворчатые ворота на границе морей и континентов, он еще мог колебаться, выбирая между несколькими пунктами. Но не было ни одного, который по выгодам стратегического положения был бы сравним с мысом Византия у входа в Босфор. Однако у него имелись и существенные недостатки. Ветры, дующие преимущественно с северо-востока, порой серьезно затрудняли доставку товаров по морю, и эту особенность не замедлили принять во внимание враги Константина. Частые землетрясения были еще одним минусом среди несомненных достоинств Византия, как местонахождения столицы Империи.
Хотя пролив между Понтом Евксинским и Эгейским морем почти по всей своей длине ориентирован с востока на запад, его Босфорская узость пролегает с севера на юг. В точке, где она расширяется в Пропонтиду, европейский берег прорезает узкая и глубокая бухта более шести миль длиной. Она обозначает северную границу холмистого мыса, на котором был построен Византий. Эта бухта или гавань, известная как Золотой Рог, представляет собой характерную особенность города Константина, определившую его счастливую судьбу.


(Отредактировано автором: 07 Декабря, 2009 - 12:53:27)

-----
Пожалуйста, заплатите налоги! Сomes sacrarum largitionum.

Всего записей: 294 : Дата рег-ции: Март 2008 : Отправлено: 04 Декабря, 2009 - 16:49:40
Вячеслав Николаевич


Анфипат
Откуда: Пермь, Россия
ICQ

Очертания Константинополя представляют собой трапецию, но восточная ее сторона столь коротка, что можно говорить и о треугольнике со срезанной вершиной. С трех сторон, с севера, востока и запада, он омывается морем. Размеры города «около четырех миль в длину и от одной до четырех миль в ширину, в рельефе чередуются холмы и равнинные участки. Достигающие 250 футов возвышенности сгруппированы в двух массивах – большой отдельный холм на юго-западной оконечности бухты, и длинная гряда, пересекаемая пятью долинами, которые служат более или менее определенными границами для шести возвышенных участков, нависающих над Золотым Рогом. Эти два холмистых массива «разделены широкой поймой речки Ликос, которая наискось пересекает мыс и впадает в Мраморное море».
Константину город предстал таким, каким он оставался со времени императора Септимия Севера, который сначала разрушил его, а потом восстановил. Территория, лежавшая в пределах старых стен, стала лишь малой частью позднейшего города. Если от современного моста мысленно провести прямую линию на юг, то к востоку от нее умещался весь старый Византий. Его центром была площадь Тетрастоон, лежавшая к северу от Большого Ипподрома, постройку который начал, но не завершил Север. На северо-восточном конце города возвышался укрепленный акрополь, где размещались основные храмы. У восточного склона холма, ближе к побережью, располагались театр и амфитеатр (Kynêgion), к северу – Stadion, где соревновались атлеты, к северо-западу – Stratêgion, открытое пространство для обучения войск.
Площадь города Константина была примерно в четыре раза больше. Император возвел стену поперек всего мыса от Пропонтиды до Золотого Рога, примерно в двух милях западнее стены Севера. Он этой стены Константина сейчас не осталось и следа, можно только приблизительно определить, где она проходила, поскольку город разрастался, строились новые наземные укрепления, и стена основателя, оказавшись в небрежении, постепенно исчезла.
Новый Рим, как стали называть Константинополь, отличался от старого по всем топографическим параметрам, однако его старались если и не во всем уподобить Риму, то хотя бы внешне придать черты, его напоминающие. Он должен был стать городом семи холмов и четырнадцати регионов. Один из холмов, Шестой, лежал за пределами стены Константина, на берегу Золотого Рога, и его защищали собственные укрепления. Это был четырнадцатый регион. Тринадцатый располагался на северной стороне Рога (в Галате) и соответствовал римскому региону на противоположном берегу Тибра.
Вероятно, замыслы Константина начали воплощаться успешнее, когда он сделал ставку на привлечение в свою восточную столицу новых обитателей. Константинополь был освящен 11 мая 330 г. н. э. и в течение жизни двух поколений его население значительно превысило пределы, на которые был рассчитан город. Потребность в более обширном пространстве одно время пытались частично удовлетворить с помощью подсыпки морских берегов; кроме того, вне стены Константина разрастался пригород. Правительство остро ощущало необходимость увеличения городской территории, и в самом начале правления Феодосия II взялось за дело. Анфемий, префект претория Востока и правитель государства на время малолетства императора, может поистине считаться вторым основателем Константинополя; камни построенной им грандиозной стены до сих пор являют собой величественный памятник его славе.
Новый оборонительный контур был проведен примерно в миле к западу от прежней стены. Сооружение Анфемия не простиралось на все расстояние от моря до моря, в основном уделялось внимание укреплению защита Шестого холма, на котором стоял Влахернский дворец. Но этот северо-западный городской квартал вследствие многочисленных перестроек претерпел такие изменения, что сейчас без систематических раскопок невозможно определить, где здесь в пятом веке проходила линия обороны.
Стена, которая была построена под руководством Анфемия (413 г. н. э.), подверглась обширным разрушениям при землетрясении 447 г. Ее восстановил и усилил префект претория Константин, добавив еще один пояс внешних укреплений. В ту пору город мог в любой момент подвергнуться атаке гуннов, и весь объем работ был выполнен с невероятной быстротой, за считанные месяцы.
Оборонительные сооружения, завершенные и усиленные таким образом, впоследствии никогда не подвергались радикальной перестройке. Они состояли из пяти поясов. Внутренняя стена, которая являла собой основной рубеж обороны, имела значительную толщину – около 14 футов, и включала в себя девяносто шесть башен по 60 футов высотой, отстоящих одна от другой приблизительно на 60 ярдов. В каждой башне имелись два этажа, аппарель вела со стены в помещение верхнего, где хранилось вооружение и постоянно дежурили наблюдатели. Между внутренней и внешней стенами размещалась терраса (peribolos) шириной от 50 до 64 футов. Внешняя стена была только 2 футов высотой и 6 ½ толщиной и по большей части представляла собой постройку арочного типа; она тоже имела девяносто шесть башен, от 30 до 35 футов высотой. Перед внешней стеной располагалась насыпь 61 фута шириной, а за ней – ров, глубина которого на разных местах была разной, а ширина составляла 61 фут; дно этого рва пересекали низкие дамбы.
В стенах имелось десять ворот, из которых пять употреблялись только в военных целях. Ворота, которыми пользовалось гражданское население, чередовались с военными. Главными и самыми знаменитыми были Золотые Ворота, ближайшие к Мраморному морю. Вероятно, Феодосий Великий возвел их, как триумфальную арку в память о победе над мятежником Максимом. Впечатляющую постройку из громадных квадратных блоков полированного мрамора прорезали три арочных прохода. С двух сторон над центральной аркой надпись в металле возвещала:
haec loca Theudosiusº decorat post fata tyranni.
aurea saecla gerit qui portam construit auro.
То, что арка была выполнена в виде ворот, заставляет предположить, что Феодосий уже подумывал обнести город новой стеной.



(Отредактировано автором: 07 Декабря, 2009 - 20:26:28)

-----
Пожалуйста, заплатите налоги! Сomes sacrarum largitionum.

Всего записей: 294 : Дата рег-ции: Март 2008 : Отправлено: 06 Декабря, 2009 - 11:07:36
Вячеслав Николаевич


Анфипат
Откуда: Пермь, Россия
ICQ

Остальные четверо общественных ворот были известны под именами Мелантия, Регия, Св. Романа и Харисийские. Участок, где стены сначала спускались от ворот Св. Романа в долину Ликоса, а затем поднимались к Харисийским воротам, был известен, как Mesoteichion, или Средняя Стена; когда город подвергался нападению, враг обычно выбирал для приступа это звено в обороне, как самое уязвимое. Ворота разделяли стену на шесть секций, каждая из который имела собственное подразделение гарнизона, называвшиеся Первое, Второе и так далее. В каждой секции, кроме короткой между Золотыми Воротами и морем, которая комплектовалась (где были поставлены) Первым подразделением (отрядом), были военные ворота, дающие проход на террасу, и эти ворота получали имена по номеру отряда. Таким образом военные ворота между Porta Aurea и Porta Melantiados были известны, как ворота Вторых. Ворота Шестых, к северу от Porta Charisii, получили имя Xylokerkos от расположенного поблизости деревянного цирка.
Через двадцать пять лет после того, как Анфемий завершил строительство сухопутных стен, к ним примкнули морские стены, протянувшиеся вдоль Золотого Рога и Мраморного моря. Вероятно, работы были выполнены под руководством префекта города Кира, в 439 г. н. э.
Тринадцатый регион, на другом берегу Золотого Рога, носивший название Сики, а позже Галата, не был укреплен, и хоть формально считался частью города, в действительности оставался пригородом. Обычно к этому региону добирались на лодках, но через Золотой Рог был перекинут и деревянный мост, южный конец которого находился во Влахернах. В шестом веке он был заменен каменным.
Сам Золотой Рог был главным портом Константинополя. Но имелись также и небольшие гавани на Пропонтиде. В конце четвертого века их было две: гавань Элевтериос, или Феодосия, а восточнее ее – гавань Юлиана, также известная, как Новая Гавань, которая после шестого века стала называться гаванью Софии. Возможно, именно у причалов этих гаваней разгружались корабли с египетским зерном, поскольку как раз между ними располагались Александрийские хлебные склады. В пятом веке гавань Элевтериос, которую Феодосий Великий углубил и удостоил своего имени, была занесена илом и больше не использовалась, зато рядом была построена новая маленькая гавань, известная, как Portus Caesarii. Вероятно, не позже конца шестого века был выстроен порт Гормизда (позднее известный, как Вуколеон). Эти маленькие гавани на Пропонтиде были не только удобны, но и совершенно необходимы, так как преобладание северных ветров затрудняло мореплавание, кораблям не всегда удавалось обогнуть мыс и войти в Золотой Рог. В этом заливе основным местом высадки был Portus Prosphorianus, также называвшийся Bosporion, расположенный у подножия Акрополя недалеко от Арсенала.
§ 2. Здания и топография
При основании нового города практичные римляне первым делом стремились обеспечить обильное снабжение водой. Строительство акведуков была отраслью инженерного искусства, которую они довели до совершенства. Провести воду с северных холмов оказалось не столь уж трудно. Руины старого акведука до сих пор остаются самыми примечательными строениями городского центра. Множество резервуаров и цистерн, открытых и закрытых, снабжали горожан водой. Через сто лет после основания города в четырнадцати его регионах имелось восемь общественных бань (thermae) и 153 частных купальни.
Константин пожаловал гражданам своей новой столицы те же развращающие привилегии, какими долго пользовался Рим, прежде всего, бесплатную раздачу хлеба за государственный счет. Зернохранилища Африки все еще предназначались для снабжения Рима, но плодородные земли Нильской поймы должны были обеспечивать нужды Константинополя. В нем имелось пять зерновых складов, двадцать общественных хлебопекарен, и специальные помосты («ступени») в разных частях города, с которых раздавался хлеб.
Путешественник, прибывший в Константинополь вскоре после его основания, был бы чрезвычайно удивлен, не обнаружив никаких признаков существования языческих культов. Отсутствие статуй богов Греции и Рима бросалось в глаза. Будь приезжий язычником, то он, отправившись на Акрополь, пришел бы в замешательство, осматривая храмы Аполлона, Артемиды и Афродиты, в которых жители старого Византия когда-то приносили жертвы, и которые Константин, лишив украшений, оставил стоять в качестве памятников прошлого. С самого своего освящения Новый Рим был демонстративно и официально христианским. Даже статуя основателя в образе бога-солнца не согласовывалась с христианскими устремлениями Константина. Сразу за стеной старого Византия, в центре овального Форума, которым он увенчал Второй Холм, император воздвиг высокую колонну из порфировых цилиндров, на вершину которой поместил статую Аполлона работы старого греческого мастера, но голова бога была заменена изваянием его собственной головы. Окруженная нимбом с семью лучами, она смотрела в сторону восхода солнца. Колонна, почерневшая от времени и пламени пожаров, поврежденная землетрясениями, все еще стоит – единственный уцелевший монумент основателя. Говорят, в пьедестале колонны Константин спрятан Палладий Рима и несколько христианских реликвий.
Как и в Риме, величественные колонны в честь императоров были характерной особенностью Константинополя. Феодосий Великий, Аркадий, Маркиан, Юстиниан – все они имели свои памятные столпы, подобно Траяну и Марку Аврелию. Колонна Маркиана, из них наименее интересная, до сих пор возвышается в центре города, а руины высокого пьедестала указывают на место, где высилась украшенная скульптурами колонна Аркадия, возведенная его сыном.
Находившийся на Первом холме Тетрастоон (площадь четырех портиков) был центром старого Византия. Константин отстроил его заново и переименовал в Augusteum в честь своей матери августы Елены, чью статую он там установил. К Августеону тяготели здания, игравшие важнейшую роль в политической жизни и в истории города. С северной стороны располагалась Великая Церковь, посвященная Св. Софии – Премудрости Божией, которая, вероятно, была заложена Константином и уж точно достроена его сыном Констанцием. К востоку находилось здание сената, построенное в виде базилики, имевшей, как обычно, апсиду со своей восточной стороны. К югу размещался парадный вход в императорский дворец, а поблизости от него – бани Зевксиппа. У западного входа на Августеон возвышался Milion (мильный камень), монумент под сводчатой крышей, от которого шел отсчет расстояний по всей разветвленной сети дорог, соединявшей самые отдаленные части европейских провинций с Константинополем.
Миновав Милий, путешественник вступил бы на главную артерию города – Месу, или Среднюю улицу, которая через основные форумы и общественные места вела прямо к Золотым Воротам. Спускаясь с Первого и поднимаясь на Второй холм, гость города оставил бы по правую руку дворец богатого евнуха Лавса, собранием художественных ценностей превращенный в своего рода музей произведений искусства, а по левую – Praetorium, где вершил правосудие префект города. Затем он достиг бы овального форума Константина, называвшегося просто «Форум», с северной стороны которого находилось второе здание сената. Продолжая путь в западном направлении, он достиг бы форума Тавра, украшенного колонной Феодосия Великого, на вершину которой можно было подняться по внутренней лестнице. Здесь же поблизости располагался и Капитолий, в котором, после учреждения университета, разместились аудитории, где читали лекции профессора. На другом конце Форума сразу открывалось сооружение, известное, как Филадельфион – вероятно, арочный проход, где от главной улицы ответвлялась дорога к церкви Святых Апостолов и к Харисийским воротам. Продолжив путь по Средней улице, он миновал бы место, называемое Amastrianos, а затем, взяв юго-западнее, достиг форума Быка, названного так изваянию этого животного; здесь, в полой внутри статуе, по легенде, не имеющей под собой никакого реального основания, Юлиан Отступник якобы сжигал христиан. Вскоре улица взбирается на Шестой холм, и, пройдя через форум Аркадия, достигает старых Золотых Ворот в стене Константина. Сразу за этими воротами находился Exakionion – возможно, столп со статуей Константина, который и дал местности свое имя. От Месы, до того, как она достигнет Золотых Ворот Феодосия, отходит еще один путь – в сторону ворот Источника.
Должно быть, немало улиц ответвлялись от основной артерии, и к северу, и в западном направлении, но только о трех нам известно доподлинно. Две мы уже упоминали: одна вела к воротам Источника, другая к церкви Св. Апостолов, а третья, недалеко от Августеона – к Базилике и кварталу медников (Chalkoprateia), где императрица Пульхерия построила знаменитую церковь Богородицы. Место, где располагалась Базилика, или зал суда, можно определить совершенно точно, поскольку император Юстиниан построил рядом с ней грандиозную крытую цистерну, существующую до сих пор. Это изобилующий колоннами настоящий подземный дворец, о чем и говорит его турецкое название Yeri Batan Sarai. Юлиан даровал Базилике библиотеку в 150 000 книг, и она стала излюбленным местом для занятий студентов-юристов. Близость цистерны, кажется, вдохновила анонимного писателя на следующую эпиграмму:
Это место посвящено Авзониеву закону;
Здесь источники струями обильны, здесь ручей
Юридического знания, которое жаждущие могут черпать,
И толпы прилежных юношей могут пить вволю.
Церковь Святых Апостолов стояла в центре города, на вершине Четвертого холма. Константин выбрал для нее форму базилики. Завершил строительство и посвятил храм Апостолам его сын Констанций. С восточной стороны к церкви примыкал круглый мавзолей, который Константин предназначил для себя и своих потомков. Собственный саркофаг он разместил в центре, а двенадцать других (по числу Апостолов) справа и слева от него. Мавзолей оставался нетронутым вплоть до турецкого завоевания, и многие из императоров нашли в нем упокоение. Сама церковь была перестроена в шестом веке и в обновленном виде стала самым великолепным церковным зданием в Константинополе после Св. Софии. Но ее судьба оказалась менее счастливой, чем у знаменитой соперницы. После взятия Константинополя турками храм был разрушен, чтобы освободить пространство для мечети Мехмеда Завоевателя, и от императорских гробниц не осталось и следа.



(Отредактировано автором: 26 Декабря, 2009 - 11:27:43)

-----
Пожалуйста, заплатите налоги! Сomes sacrarum largitionum.

Всего записей: 294 : Дата рег-ции: Март 2008 : Отправлено: 11 Декабря, 2009 - 10:51:25
| Версия для печати |
| Новая тема | Ответить | | Поиск в теме |

ВИЗАНТИЙСКАЯ ДЕРЖАВА » Общеисторический форум » Древняя история » Бьюри II [Страниц (8): [1] 2 3 4 » последняя страница ]


Основано на ExBB 1.9
Для оформления форума переработана оболочка v1.5a2, изготовленная by Daemon.XP

[ Время исполнения скрипта: 0.0146 ]   [ Gzip выкл. ]